Кетамин VHQ Кетамин Миллерово

Але, ребят, вы не поверите, как все произошло, короче. Я сижу на своем конченом ковре, хули, нарком-кабан, лежу, как дрова. Глаза мутные, аж хлюпают, в голове пуля, а на улице стоит этот холод, что просто аж мороз по коже ходит прыгает. Летаю в известном фейсбучном сообществе наркоманов, своих крутых компанюх. Так вот, сидим, обсуждаем шо за кайфота, шо за пацаны речкой плавают, такие закладки делают, да кому-то и вовсе охуевший кетамин, такой, что улетел за облака. Вот от этой истории и началось все, понимаете, друзья?

Залетает ко мне, братаны, один парень, странный такой, в плаще, с кепкой, какой-то дерьмовый westside, типа рэпера. И говорит, мол, "У меня есть шанс покурить кет, что ты скажешь?" Я, конечно, плюнуть на него хотел, типа, у тебя что, пустышки, но из любопытства всё же решил послушать, шо он имеет в виду.

Оказывается, у этого незнакомца в рюкзаке целая сетка закладок. И там эти красотки, ребят, просто аж дух сливаются отрывается - каналы, улицы, просто с волюмом, какое ты еще, хиппуешь? Я прямо взъелся от интереса, думаю, хули мне делать, завалился и погрузиться в мир наркотического опьянения.

Собрал свой пакет, как человек, и пацану с плащом показал два больших ложечки валятеля. Он ухмыльнулся, и мы пошли по делам. Он рассказал, как нужно вставлять и какое количество, чтобы в мах взяться, и что после этого мы отправимся на Бали, куражиться.

Приехали в какую-то деревню, там народу целая толпа стоит, все в лете - облачены в красочные шмотки, яркие, как сами по себе цветы. Вон, дайвингом занимаются, где-то там, с тубами, на китайской дешевке, но им все равно - им бы эйфорию, а точнее, выход из себя получить.

Мы, братишки, входили в это земное розовое царство. Жопы раздвинуты, сердца бьются, а глаза кидками расстаются. Зашли в дом, и там уже встретились с теми самыми, кто закладки завозит. Я, честное слово, решил скорее испытать это чудо прямо здесь и сейчас.

Взял ложечку, насыпал, добавил хлорки, зажег и потянул. Ох, ребят, те, кому попадалась вся эта херня на пути, знают, о чем я сейчас говорю. Это что-то невероятное, вставило сразу и прямо как взлетел на крыши Манхэттена. Чувствовал себя, мать его, Богом, самим центром вселенной, и все мне показалось прям мило вокруг.

А потом мы погрузились в свою дорогу. Взяли билеты на Бали, хиппуем на Фулл Мун Пати, посреди пьяных наркоманов, готовых натворить такого, что на ум не придет. Летим, братва, туда, где грозится упасть в океан, а гений - ресторан. Свобода, бездна самоотдачи, ты готов?

Уже думаю о том, как отдамся пустотой, с чувством свободы, просто держи карманный дым. У нас там рейва будет, и делирика, конопли мешок на курорте.

Снимается вилла, курсируем по Бали на контенте, нашли свои лоисы - то, что нам подходит. Вечером погружаемся в этих наркоманских глотках, исчезаем в мирах космического радостного безумия. Тонет всё и вся в цветовых переливах, все завертелось, начинается эйфория и желание подрочить просто жизнь в пыль, как на Бали.

Ну а потом начались всякие там приключения, какие-то странные занятия, смешанные было с эстетикой что-то искографией, глубокой медитацией и самой танцевальной энергией. Прям, братва, я все это вижу, вспоминаю, а сердце бьется как офигенно, и кайф затекает просто во всем теле.

Так и хиппую на Бали, выходя на морское побережье, подаренные сестрой-природой волны намальчивают колеса. Мы на закате волнуемся и просто лежим на пляже, сидим, херачим волны. Потом бежим за приключениями, за страстью и безумием, они там нас впитывают, словно вины и не было.

Но вот как-то я понял, что все это херня, и что я сам не могу быть каким-то завсегдатаем нереальных тусовок. Понял, что нужно отколоться и пробовать себя в чем-то неестественном, взять и контрастно отбросить все, что кажется правдой. Ложь велика, пацаны, и сохранять иллюзии об алкоголе и опиуме - то же самое, что пытаться удержать солнечное затмение в своих руках.

И вот сегодня, со своими грехами на душе, я здесь, возвращаюсь домой, и знаю, что нужно попрощаться с этим мирандским каналом, отказаться от глоток напоследок. Я выбрасываю все, братва, всю эту херь, что лишила меня самого главного - моей подлинности, настоящей жизни. И ебитесь все, кто остался там, на Бали, продолжает лоить эту говно, впадает в этот херовый балаганский сонет на тысячи страниц.

Я в своем понедельнике, в своем будущем. Я вижу наркомана в зеркале и говорю "Прощай". И я иду, иду, знаю, что лишь обретение себя окажется ответом на всемирный вопрос, где же заблудился я. Всем вам, ребята, сукам, где-то там, на западе и на востоке, я вам не нужен, и прочь уже выбранимогилами. Все.

Блядь, нашелся илитный квест для меня и моих пацанов. До этого времени мы только закладки втерли, крек покурили, гандж перетравили, но кетамин всегда пролетал мимо нас. Зато ща нам предстоит настоящий подвиг - участие в квесте алкоголиков!

Мы были ужасно горды собой и своим выбором. Ведь не каждый день можно попасть на такую хуйню. Но нам было всем похуй, главное - заполучить этот кетамин. В этой жизни ничего не бывает просто, как же наговаривали насчет того, что все должно быть легко и кайфово?

Нам уже с самого утра ни за что не давал покоя этот квест. Я и мои парни знали, что нам попросту необходимо заполучить эту хуйню. Во всех подробностях мы все обсудили, какой план у нас будет, какие шаги совершать и кто будет отвечать за что. Это был настоящий дисциплинарно-организационный пиздец, но мы были готовы к этому.

Встретились мы в тот день на углу у старой ямы, где обычно тусовались наши коллеги по наркотам. Наградили друг-друга выражениями типа "бро", "умераю" и "ломаюсь". У нас задрались на верхних этажах, блять, аж прямо шило в жопе!

Артемка, наш самый шиловый парень, достал из штановы его болтушку и взял глотку. Он ахуенно почувствовал эту хуйню и его глаза блеснули от фейкового счастья. Нам всем стало понятно, что это была всего лишь подготовка к тому, что нас ждет сегодня.

Каждый из нас был во всеоружии. Наши канюли издали светились, как проклятые лампочки в тёмном презервативе. О блядь, это было настолько круто!

И вот мы подошли к месту. Тёмный переулок, заброшенные дворы, тусклые огни с улиц, все это создавало атмосферу угрызений совести и тревоги. По прихожей мира не было, и я понял, что это не то, чем я рискую свою жизнь.

Но затем я понял, что я уже слишком глубоко в этом дерьме. Я был настолько втертый в наркотическом опьянении, что отступать было поздно. Все мы были в плену жесткой игры, в которую втянулась толпа нашей местной молодежной мафии. Все остальное было мелким пиздецом.

Но не смотря на все эти страшные мысли, мне удалось сохранить бдительность и твердость. Я был решительным и готов был идти до конца. Хорошо, что у меня были все необходимые инструменты - шило, канюля и настроение для битья.

Мы приближались к месту, где должен был быть наш цель, и я уже начал слышать голоса и смех. Наши ноги были уверенными, героическими, и мы шли в ночь, чтобы показать всем, кто здесь настоящий.

И вот мы попали в круг дьявольских развлечений. Одни хижины заброшены, а другие полны людей, страдающих от тяги к алкоголю. Мы видели, как они мутно смотрели на нас и смеялись. Нам было всем похуй на эту школоту.

В одной из заброшенных хижин мы нашли свою цель - кетамин. Он лежал всякий раз, когда мы смотрели в другую сторону. Это было настолько пиздато, что я не мог поверить своей удаче.

Но затем мы услышали шаги. Нам подходил кто-то другой, кто был не таким, как мы.

Мы были готовы к битве, и ничто не могло остановить нас. Страхи и сомнения отступили на задний план, и мы вступили в бой.

Алкоголики пытались преградить нам путь, но мы были слишком сильны. Мы побеждали одного за другим, и ничто не могло остановить нас. Наше зрение было искажено от канюлей, но мы все равно добивались своей цели.

Когда наконец мы достигли кетамина, это был самый оргазмический момент в нашей жизни. Мы рычали, кричали и праздновали нашу победу. Мы были героями этой ночи.

Но потом я осознал, что это была всего лишь игра. Мы пренебрегли всеми нашими проблемами и рисковали своими жизнями ради этой хуйни. Мы были лишены разума. Ведь в конце концов все это просто пустота и бессмысленность.

И вот, почти две тысячи слов я прожевал на эту тему. И ничего не изменилось. Я все равно находился в этом аду наркотиков, безвыходности и саморазрушения.

Но в глубине души я знал, что это все может измениться.